Статьи

Актуальность исследования качества профессиональной жизни обусловлена его взаимосвязью с мотивацией и успешностью деятельности, качеством результатов труда, психологическим благополучием медицинских работников, однако многообразие подходов к проблеме определяет необходимость поиска научных ориентиров для разработки методов анализа и психологической диагностики качества профессиональной жизни в современных реалиях.

Цель. Выявление и анализ соотношения субъективных и объективных критериев качества профессиональной жизни медицинских работников.

Выборка. 100 медицинских работников г. Москвы и области (М_{возраст} — 36,5 года; М_стаж — 14,2 года); 71 врач и 29 работников среднего звена; 15 мужчин и 85 женщин; 42 работника государственных поликлиник, 58 — негосударственного медицинского учреждения.

Методы. Использован опросник компонентов удовлетворенности трудом; шкала общей самоэффективности; опросник «Профессиональное выгорание» (версия для медработников) и авторская анкета для сбора демографической и профессиональной информации.

Результаты. Основными стресс-факторами, снижающими качество профессиональной жизни медицинских работников, являются взаимодействие и коммуникация с пациентами (недоверие, проблемы взаимопонимания), негативный образ Другого (пациента, коллеги), высокая ответственность за результат и высокая рабочая нагрузка. Работники из государственных и негосударственных организаций значимо различаются по удовлетворенности трудом, уровню общей самоэффективности и выраженности симптомов выгорания (p < 0,05). Кластеризация выборки по показателям удовлетворенности трудом позволила выделить группы, которые значимо различаются по выраженности выгорания и самоэффективности, однако не различаются по объективным параметрам (объему нагрузки, квалификации, уровню должности). Показатели стажа работы, квалификационной категории, «звена здравоохранения» (средний медицинский персонал и врачи), объема нагрузки по работе с документами и пациентами не позволили выявить значимых различий по субъективным критериям.

Выводы. Полученные результаты позволяют говорить о возможной перспективе использования ряда предложенных субъективных и объективных параметров для дальнейшего анализа качества профессиональной жизни медицинских работников.

Актуальность. Стремительное развитие сферы информационных технологий (ИТ) ведет к интенсификации труда, которая отражается на физическом и психическом здоровье специалистов. При этом одинаковые условия рабочего места, характер взаимодействия в коллективе и содержание труда могут по-разному восприниматься мужчинами и женщинами и тем самым выступать факторами угрозы их профессиональному благополучию. Актуальность исследования связана с недостаточной изученностью барьеров здорового поведения ИТ-специалистов, которые могут быть связаны как с факторами организационной среды, так и личным потенциалом здоровья специалиста.

Цель. Выявить половые различия в субъективной оценке барьеров здорового поведения среди ИТ-специалистов.

Выборка. 187 ИТ-специалистов (118 мужчин и 69 женщин) со средним возрастом 29 лет и средним стажем работы 7 лет.

Методы. Авторская анкета, опросник «Профиль здорового образа жизни», адаптированный М.Д. Петраш, О.Ю. Стрижицкой, И.Р. Муртазиной, «Опросник самоорганизации деятельности», адаптированный Е.Ю. Мандриковой, краткий личностный опросник, адаптированный А.С. Сергеевой, Б.А. Кирилловой, А.Ф. Джумагуловой, а также шкала депрессии, тревоги и стресса, адаптированная А.А. Золотаревой. Данные были обработаны с помощью описательной статистики, сравнительного анализа (U-критерий Манна — Уитни, хи-квадрат Пирсона), эксплораторного факторного анализов.

Результаты. Барьеры здорового поведения ИТ-специалистов в целом имеют среднюю выраженность, наиболее значимые — высокая нагрузка и нереалистичные сроки, а наименее — отсутствие заботы руководства о здоровье сотрудников и необходимость постоянного обучения. Женщины воспринимают барьеры, связанные с отсутствием поддержки и обратной связи от руководителя, сложностью рабочих задач и необходимостью постоянного обучения, а также высокой ответственностью, как более значимые, по сравнению с мужчинами. Женщины демонстрируют более высокий уровень общего стресса, эмоциональной уязвимости и невротизма, но они чаще используют практики заботы о себе и проявляют более высокий уровень самоорганизации. Факторная структура барьеров согласуется с моделью JD-R и теорией COR.

Выводы. Полученные результаты дают представление о барьерах здорового поведения на индивидуальном и организационном уровнях. Подтверждена гипотеза о том, что женщины в ИТ-сфере испытывают больше стресса и острее воспринимают недостаток поддержки по сравнению с мужчинами, что может служить основой для создания индивидуализированных программ корпоративного благополучия.

Актуальность. По данным ВЦИОМ, спрос на психологические услуги в РФ возрастает, как возрастает и запрос системы оказания психологической помощи населению на подготовку компетентных специалистов (психологов-консультантов, психологов сферы образования, психологов экстренных служб, спортивных психологов, психологов социальных и медицинских учреждений). Одна из ключевых профессиональных задач этих специалистов — оказание консультативной психологической помощи. На данный момент в литературе недостаточно данных о психологическом анализе трудовой деятельности психологов, связанной с задачей консультирования населения.

Цель. Проанализировать объективные данные о нормативных компонентах труда психологов, осуществляющих психологическое консультирование населения; выявить субъективные представления психологов-консультантов о содержании и процессе их трудовой деятельности; выявить стресс-факторы в профессии психолога-консультанта, исходя из сопоставления объективных данных о компонентах труда и субъективных представлений психологов-консультантов об их работе.

Выборка. 20 психологов-консультантов, оказывающих услугу психологической помощи населению.

Методы. Анализ документов, структурированное интервью, анализ профессиональных стандартов, трудовой метод.

Результаты. В полученных результатах отражены соответствия и различия между объективными требованиями к структуре реализации трудовой деятельности и субъективными представлениями специалистов о профессии «психолог», которые получены в процессе анализа и сопоставления нормативных компонентов трудовой деятельности и субъективных представлений психологов-консультантов о работе, выделены стресс-факторы в работе психологов-консультантов.

Выводы. Выявлено соответствие объективных требований к нормативным компонентам труда и субъективных представлений о нормативных компонентах труда в трудовой деятельности психологов-консультантов. Проведенный анализ позволяет сделать предположения о факторах профессионального стресса в их работе.

Актуальность. Современная IT-индустрия характеризуется парадоксом высокого экономического роста на фоне растущего профессионального выгорания и смыслового дефицита среди специалистов. Теоретическая актуальность обусловлена недостаточной изученностью роли экзистенциальных факторов в профессиональном благополучии IT-специалистов и отсутствием интегративных моделей, объясняющих специфику реализации экзистенциальных потребностей в условиях цифровой среды. Практическая актуальность определяется необходимостью разработки дифференцированных программ психологической поддержки IT-специалистов с учетом трансформации базовых экзистенциальных категорий в виртуализированной профессиональной деятельности.

Цель. Выявить взаимосвязи между экзистенциальной исполненностью и драйверами психического здоровья IT-специалистов, а также определить специфику проявления выявленных взаимосвязей в различных демографических группах.

Выборка. В исследовании приняли участие 86 IT-специалистов в возрасте от 19 до 51 года (M = 32,5, SD = 6,9; 60,5% мужчин) с опытом работы в IT-сфере от 0,5 до 15 лет (M = 4,7). Выборка включала представителей различных форматов работы и должностных уровней.

Методы. Использовались адаптированная версия Теста экзистенциальных мотиваций (α = 0,87) и опросник «Драйверы психического здоровья» (α = 0,91). Статистическая обработка проводилась в Jamovi 2.3 с применением корреляционного анализа, t-критерия Стьюдента и однофакторного дисперсионного анализа.

Результаты. Выявлены статистически значимые корреляционные связи между экзистенциальными компонентами и драйверами психического здоровья. Подтверждена гипотеза о специфическом характере связи экзистенциальных компонентов «пространство» (r = –0,29, p < 0,01) и «близость» (r = –0,34, p < 0,001) с драйверами психического здоровья, что согласуется с теоретическими предпосылками о трансформации экзистенциальных категорий в цифровой среде. Гибридный формат работы показал значимые преимущества в поддержании психологического благополучия, превосходя офисный и удаленный форматы. Выявлены статистически значимые возрастные (η² = 0,07–0,14), гендерные (d = 0,51–0,64) и профессионально-иерархические различия в экзистенциальных ресурсах.

Выводы. Экзистенциальные ресурсы демонстрируют значимые связи с психологическим благополучием IT-специалистов. Результаты обосновывают необходимость дифференцированного подхода к поддержке психологического благополучия IT-специалистов с учетом их демографических и профессиональных характеристик.

Актуальность. Статья подготовлена в связи с 95-летием со дня рождения Е.А. Климова (1930–2014), выдающегося советского и российского психолога, академика РАО, заведующего кафедрой психологии труда и инженерной психологии, декана факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова. В центре внимания автора — психология труда, отрасль психологии, которой ученый занимался в течение всей жизни. Теоретическая актуальность статьи определяется эвристическим потенциалом работ Е.А. Климова в области практико-ориентированной психологии труда.

Цель. Анализ творчества ученого в области психологии труда.

Методы. Использованы методы историко-научного исследования, а именно: содержательно-компаративный анализ текстов; элементы наукометрического анализа творчества ученого. Исследование выполнено в рамках традиций и положений субъектно-деятельностного подхода в истории психологии применительно к изучению отдельной персоналии.

Результаты. Выдвинутые предположения подтверждены качественно и количественно (результатами наукометрического анализа). 1. Проанализированы и описаны истоки формирования профессиональной эрудиции Е.А. Климова — психолога труда и его опыт организатора психологической науки. 2. Показано, что Е.А. Климов внес весомый вклад в разработку ключевых вопросов психологии труда: уточнен дисциплинарный статус психологии труда как практико-ориентированной отрасли науки, которая может и должна изучать все многообразие видов труда; определены задачи и методы психологии труда, уточнены ее базовые понятия; разработана типология эргатических функций; созданы психологическая классификация профессий и их компонентов, психолого-трудовая концепция деятельности. Описана структура психических регуляторов деятельности субъекта труда. Эмпирически доказан факт разнообразия менталитета представителей разнотипных профессий. Намечена программа изучения вариантов профессионального развития, обучения и воспитания субъекта труда, роль профессиональных конфликтов в этих процессах. Разработана оригинальная типология отказов человека как звена эргатической системы. Представлена новаторская концепция истории психологии труда и др. Исследования ученого, посвященные вопросам индивидуального стиля трудовой деятельности, профессионального самоопределения и психологического профессиоведения, получили наибольшую известность в отечественной психологии. 3. Поставлена проблема моральных норм в деятельности психолога-практика, первоначально разработанная ученым для профконсультантов, но имеющая также значение и для психологов-практиков других направлений. Указаны особенности Е.А. Климова как личности, исследователя, преподавателя и выдающегося организатора психологической науки.

Выводы. 1. На основе наукометрического анализа динамики частоты цитирования, а также количества цитирующих публикаций по отношению к трудам ученого в разные годы сделан вывод о высоком уровне читательского интереса к его работам в 90-е гг. ХХ в. и первое десятилетие XXI в., а также о сохранении актуальности взглядов и научной позиции Е.А. Климова в настоящее время. 2. Установлен вклад ученого в разработку ключевых вопросов психологии труда, при этом выделены проблемы, наиболее интересующие читателей-психологов: исследования индивидуального стиля деятельности; проблемы психологии профессионального самоопределения; вопросы психологического профессиоведения, исследования особенностей менталитета представителей разнотипных профессий. 3. Отмечено новаторство Климова в представлении психологии труда как отрасли науки, области знания, профессии и учебной дисциплины, заключающееся в том, что психологи труда должны заниматься не только сферой материального производства, но и любыми другими видами труда. 4. Климов предложил новую концепцию истории психологии труда, включающую этап донаучной формы психологических знаний о труде и его субъекте. 5. Разработка проблем психологии труда Е.А. Климовым и его последователями позволяет рассматривать психологию труда не только как частную отрасль психологии, но и как фундаментальную основу (среди других основ) для множества направлений прикладной отраслевой психологии, изучающих труд. 6. Климовым поставлена проблема морально-этических норм, важная для психологов-профконсультантов и для других психологов-практиков.

Актуальность. Статья посвящена разработке классификации психологических ресурсов специалистов, чья профессиональная деятельность осуществляется в условиях чрезвычайных и экстремальных ситуаций. Особую значимость работе придает комплексное изучение ресурсов специалистов экстремального профиля, так как ранее рассматривались лишь отдельные их компоненты.

Цель. Цель работы — выделить ресурсы, значимые для специалистов экстремального профиля.

Выборка. В исследовании приняли участие 240 специалистов экстремального профиля.

Методы. Применялись «Методика структурированного описания ситуации» и рисуночная методика «Образ ресурса», позволяющие получить качественные данные; а также стандартизированные опросники: «Типы ориентаций в трудных ситуациях», шкалы самоэффективности, витальности. Качественные данные обрабатывались с помощью контент-анализа. Количественные данные обрабатывались с использованием описательной статистики и одновыборочного t-критерия Стьюдента.

Результаты. Выделены внутренние и внешние ресурсы специалистов экстремального профиля. К внутренним ресурсам относятся опыт, знания, планомерный копинг, саморегуляция, оптимизм, самоэффективность, внутренний локус контроля, ответственность, религиозные ценности, физическая подготовка и смыслообразующие ресурсы. Внешние ресурсы включают социальные ресурсы, техническое обеспечение, информацию и время.

Выводы. Создана классификация, которая объединяет значимые для специалистов экстремального профиля психологические ресурсы. Результаты исследования могут быть использованы в процессе подготовки специалистов к профессиональной деятельности в экстремальных и чрезвычайных ситуациях.

Актуальность. Иерархическая модель личностной организации Г. Аммона, включающая звено регуляции поведения — систему взаимосвязанных Я-функций, — широко используется при описании типов девиантной, криминальной, психосоматической личности, личностных расстройств. В то же время практически не изучена связь конструктов этой модели с другими известными на настоящий момент ключевыми составляющими эмоциональной саморегуляции, в частности, с эмоциональным интеллектом.

Цель. Выявить взаимосвязи различных типов Я-функций (согласно концепции Г. Аммона) и компонентов эмоционального интеллекта (понимаемого как совокупность способностей и личностных характеристик).

Выборка. В исследовании приняли участие 236 женщин в возрасте от 18 до 63 лет.

Методы. Использовался Опросник эмоционального интеллекта К. Барчард в адаптации Г.Г. Князева и др. и методика Г. Аммона «Я-структурный тест личности» в адаптации М.М. Кабанова и др.

Результаты. Конструктивные формы Я-функций связаны с высоким уровнем эмоционального интеллекта и его отдельных компонентов; максимальное число связей отмечено для позитивной экспрессивности. Неконструктивные формы Я-функций ассоциируются со снижением компонентов эмоционального интеллекта. Показана положительная связь эмоционального интеллекта с характеристиками адаптации, отражающими общую жизненную активность и превалирование конструктивных форм поведения над психопатологическими симптомами.

Выводы. Показана взаимосвязь эмоционального интеллекта и ряда его компонентов с различными типами Я-функций, что позволяет выдвинуть предположение о необходимости дальнейших исследований эмоционального интеллекта как компонента иерархической структуры организации личности, связывающего Я-функции и их проявления в поведении.

Актуальность. Сравнительных исследований связи социально-психологической поддержки и благополучия подростков с выявлением ведущего источника поддержки в различных трудных жизненных ситуациях и в случаях нарушения социализации ранее не проводилось, однако современный социально-исторический и геополитический контекст (пандемия COVID-19, специальная военная операция) обуславливает необходимость поиска мер повышения психологического благополучия формирующегося молодого поколения, которое находится в наиболее уязвимом положении для негативных влияний окружающего мира.

Цель. Выявление особенностей социально-психологической поддержки от различных источников и ее связи с психологическим благополучием подростков в случаях резкого негативного изменения траектории социализации и в трудных жизненных ситуациях (COVID-19, контекст боевых действий, воспитательные колонии и следственные изоляторы, неблагополучные семьи и школа-интернат).

Методы. Сравнительный анализ актуальных теоретических и эмпирических исследований, посвященных изучению психологического благополучия подростков, находящихся в различных трудных ситуациях.

Результаты. В повседневных и трудных жизненных ситуациях воспринимаемая поддержка от семьи и друзей вносит наибольший вклад в благополучие подростков, но в случае дисфункциональных семей и отсутствия родительских фигур, воспитания в колониях, проживания в зоне боевых действий психолого-педагогическая поддержка от компетентного взрослого играет ключевую роль и выполняет замещающую функцию.

Выводы. По результатам теоретического анализа выявлены значимые взаимосвязи между аспектами психологического благополучия подростков и разными источниками социально-психологической поддержки (семья, друзья, учителя и воспитатели), особенно в случае резких изменений социальной ситуации развития при переживании кризисных и критических ситуаций.

Актуальность. Множество экспериментальных данных свидетельствуют о высокой успешности распознания знакомых лиц, что принято связывать с формированием обобщенных репрезентаций лиц. Однако остается открытым вопрос о том, какая именно информация обобщается в репрезентации, а также какие факторы влияют на ее формирование.

Цель. Обзор и систематизация результатов современных исследований факторов, влияющих на формирование репрезентаций лиц.

Методы. Был проведен теоретический обзор и анализ исследований, опубликованных за период с 2015 по 2025 г. Поиск литературы осуществлялся в базах данных Web of Science, Scopus, PubMed и eLibrary по ключевым словам: «распознание лиц», «репрезентация лица», «заучивание лиц», «перцептивное обучение», «вариативность», «социальное обучение», «знакомые лица», «знакомость».

Результаты. Анализ литературы позволяет выделить два основных подхода к изучению формирования репрезентаций, которые делают акцент на разных факторах. В рамках первого подхода перцептивная информация, а именно своеобразная внутрииндивидуальная изменчивость лица, является основным содержанием репрезентации. Ведущим фактором ее формирования выступает перцептивная вариативность опыта (наблюдения). Экспериментальные данные свидетельствуют в пользу позитивного влияния вариативности фотографий заучиваемых лиц на дальнейшее их распознание при выполнении ряда условий, в первую очередь — наличии информации для правильной интерпретации изменчивости как внутрииндивидуальной. Согласно второму подходу, содержание репрезентации не исчерпывается внутрииндивидуальной изменчивостью: наличие дополнительных знаний о человеке (имени, профессии, поступках и т.д.) также выступает фактором формирования обобщенной репрезентации и может входить в ее содержание.

Выводы. Результаты исследований дают основание считать, что форма и содержание репрезентации лица человека изменяется по мере знакомства с ним, трансформируясь из «перцепта» в «концепт». Такое понимание процесса формирования репрезентации знакомого лица не вписывается в традиционное представление об этапах переработки, поэтому на смену блочным моделям обработки лиц приходит методология уровней переработки информации, что позволяет рассматривать проблематику восприятия лица в более широком контексте познания человека человеком. В этой связи особенно перспективными кажутся еще не изученные факторы формирования репрезентаций: собственная активность познающего субъекта и отношение к партнеру по общению.

Актуальность. Тревога является одним из основных факторов, оказывающих негативное влияние на результаты спортсменов. Специфика спортивной деятельности требует, с одной стороны, достаточно компактных, а с другой — обладающих высокими психометрическими показателями методик для диагностики психологических характеристик, в том числе тревоги. В связи с этим появление современной и надежной методики для диагностики спортивной тревоги представляется необходимым и актуальным.

Цель. Апробация опросника «Шкала спортивной тревоги» на русскоязычной аудитории спортсменов различных видов спорта и возрастных категорий.

Выборка. В исследовании приняли участие 297 спортсменов, из них 188 мужчин и 109 женщин, возрастной диапазон от 18 до 63 лет (M = 23 года, SD = 5,19).

Методы. Исследование проводилось в форме онлайн-опроса. Были использованы следующие методики: Шкала спортивной тревоги, Шкала тревоги А. Бэка, Шкала самооценки тревоги У. Цунга, Шкала тревоги из опросника «Шкала депрессии, тревоги и стресса», краткая версия опросника «Темная триада». Для обработки количественных данных использовались конфирматорный факторный анализ, корреляционный анализ и коэффициент α Кронбаха.

Результаты. Результаты адаптации подтвердили факторную валидность, внутреннюю надежность, конвергентную и дивергентную валидность русскоязычной версии методики «Шкала спортивной тревоги». Шкала имеет трехфакторную структуру, состоит из следующих субшкал: «Когнитивная тревога», «Физиологическая тревога», «Трудности концентрации». Шкала спортивной тревоги надежна за счет высокого коэффициента α Кронбаха (α = 0,84).

Выводы. В результате апробации методики «Шкала спортивной тревоги» на выборке спортсменов различных видов спорта была показана высокая структурная валидность и внутренняя надежность методики. В связи с этим «Шкала спортивной тревоги» может быть использована в практических целях для решения диагностических и психотерапевтических задач в области профессионального спорта.

Актуальность. Проведение исследования обусловлено необходимостью поиска новых инструментов для развития психолого-правовой компетентности педагогов, которая становится ключевым фактором их профессиональной устойчивости и эффективной самозащиты в условиях роста коммуникативных рисков и конфликтных ситуаций в образовательной среде. Цифровизация образования открывает возможности для создания персонализированных средств поддержки учителей, однако на российском рынке отсутствуют мобильные решения, комплексно объединяющие психологическую помощь и правовое консультирование, адаптированные под национальный контекст. Разработка прототипа такого приложения направлена на заполнение этой ниши и отвечает запросу педагогического сообщества на доступные цифровые сервисы.

Цель. Проводилась разработка и апробация прототипа мобильного приложения для развития психолого-правовой компетенции педагогов с целью выявления основных условий управления процессом создания такого типа приложений как инновационной составляющей образовательного проекта.

Методы. Основой исследования являются данные, полученные авторами в рамках информационного мониторинга, конкурентного анализа, социологического опроса (анкетирования), и UX-аналитика, собранная в период проектирования экспресс-прототипа мобильного приложения для педагогов.

Результаты. Проведено анкетирование педагогического сообщества, выявлена заинтересованность педагогов в цифровых инструментах развития компетенций и получения психолого-правовой информационной поддержки, в частности, в формате мобильного приложения. Опираясь на результаты исследования целевой аудитории и ее потребностей, научным коллективом был разработан прототип мобильного приложения как «онлайн-помощника педагога». В данной статье авторы проводят декомпозицию управленческого процесса прототипирования приложения, разделяя комплексный проект на конкретные, управляемые, измеримые компоненты — от концепции и разработки названия до визуальной идентичности и навигационной структуры цифрового продукта. Поэтапный анализ стадий разработки аккумулируется в «каскадный» алгоритм создания мобильного приложения на примере проекта EduCare.

Выводы. Наглядные результаты реализации проекта подтверждают эффективность выбора «каскадного» подхода к управлению в контексте последовательной, пошаговой стратегии разработки приложения. Предложенный подход к подготовке прототипа может быть использован руководителями образовательных проектов и разработчиками мобильных образовательных приложений, что позволит сократить затрачиваемые время и ресурсы, повысить качество конечных цифровых продуктов.

Актуальность. Субъективное отношение к цифровым технологиям может как способствовать, так и препятствовать оптимальному использованию этих технологий в учебном процессе, что определяет актуальность исследования различных факторов отношения преподавателей к цифровым образовательным технологиям (ЦОТ).

Цель. Выявление особенностей отношения к ЦОТ, рассматриваемого на основе трехсторонней модели аттитюда, и его личностных и мотивационных факторов у преподавателей с разным стажем работы в вузе.

Выборка. В исследовании приняли участие 184 преподавателя (78,3% — женщины) российских вузов в возрасте от 22 до 83 лет: 53 преподавателя со стажем преподавания 0,5–5 лет, 60 преподавателей — 6–19 лет, 71 преподаватель — 20–60 лет.

Методы. Авторская «Шкала отношения преподавателей к ЦОТ»; «Опросник профессиональной мотивации (ОПМ)» в адаптации Е.Н. Осина и др., русскоязычная версия Пятифакторного опросника (FFI), адаптированного М.В. Бодуновым и С.Д. Бирюковым.

Результаты. Большинство исследованных преподавателей вне зависимости от стажа работы достаточно позитивно относятся к ЦОТ, во всех группах наиболее выраженным является эмоциональный компонент, наименее — поведенческий, значимые различия между группами зафиксированы только по когнитивному компоненту ЦОТ. Предикторами отношения к ЦОТ в общей выборке являются внутренняя мотивация и добросовестность, в группе со стажем 0,5–5 лет — интегрированная мотивация, в группе со стажем 6–19 лет — внутренняя мотивация, в группе со стажем 20–60 лет — эмоциональная стабильность и экстраверсия.

Выводы. Особенности отношения к ЦОТ у преподавателей с разным педагогическим стажем проявляются не столько в выраженности эмоционального, когнитивного и поведенческого компонентов этого отношения, сколько в их связях с видами профессиональной мотивации и личностными чертами, что необходимо учитывать при разработке программ психологической поддержки и повышения квалификации преподавателей в цифровую эпоху.